Кто-кто, дед Пихто! Нет-нет, да и вырвется, да ведь? А вы знали, что это явление в русском языке называется, внимание, диалогическим фразеологизмом или ответной фразеорепликой? А, ну еще эхо-фразой.

Бывает так, что вы собираетесь культурно ответить на вопрос, но глубинный народный ген вдруг вашими интеллигентными устами произносит какую-то невразумительную чепуху. Ну, типа, вас спрашивают, откуда вы принесли в дом эту грязь, а вы ужасно остроумно отвечаете, что эту грязь вы принесли в дом от верблюда. Откуда? От верблюда!

Зачем мы это делаем?

Мнения лингвистов-пофигистов на этот счет сильно разнятся. Некоторые учёные-кручёные считают, что ответ-фразеореплика выполняет функцию эвфемизма – ну, типа, вы культурный человек и всяких там плохих слов не произносите, а душа ваша их произношения требует.

Другие филологи-фигологи считают, что основная функция эхо-реплик – неуклюжий уход от ответа. Третьи умники-безумники видят во фразеорепликах маркер демонстрации доверия, что-то в стиле «мы с тобой одной крови». Но большинство медведов-языковедов убеждено, что эхо-фразы – элементы языковой игры. Развлекаемся, короче, мы так. Есть еще варианты с социальным протестом, эмоциональной разрядкой и чем-то еще. Забыла. Т.е. фразеореплики, вообще-то, нужны много для чего.

Кто?

Думаете, загадочными могут быть только феи с обозначенной талией? А как насчет плешивого пенсионера, преодолевшего обозримый возрастной барьер?! Именно так я представляю себе Деда Пихто – загадочным и паршивым одновременно. Почему? А по-кочану! Пихтоведы не нашли за этим поведенческим паразитом никакого контекста и вынесли вердикт — персонаж не является атавизмом мифологии. Пихто не произошел ни от Лешего, ни от Сварога, ни от Перуна. Он сам по себе мальчик. Кстати, пуп Кудыкина гора, августейший Горох и телятник Макар – все они тоже персонажи бесконтекстные и корней в мифологии не имеют.

Кто-кто?

Парнокопытное гужевое в верхней одежде, вот кто! Версии происхождения — три. Первая – просто дурацкая рифма, вторая – черноворонковая легенда, третья – царскороссийская легенда. По черноворонковой легенде в предвоенные времена скорых расправ за дверью в любой момент мог оказаться карающий некто в пальто, приехавший на железном коне – конь в пальто. Третья версия выглядит более убедительной. В лютые студеные зимы в царской России извозчики, ожидающие клиентов у приличных особняков, накидывали на замерзающих лошадок пальто и тулупы. Нередкие в те времена грабители выскакивали с полными карманами имущества и хватали первое же «такси», а случайные свидетели рассказывали потом полиции, что видели только коня в пальто.

Простите, не расслышал, еще раз, кто?

Ветхие пердуны и нарядные рысаки – это хорошо, но динамика жизни заставляет искать новые формы аутентичного коммуцирования. Ответ на вопрос – «кто» остается актуальным, и соотечественники не устают производить апгрейд.

Так бэби-бум двухтысячных заставил нас по-новому взглянуть на потенциал Агнии Барто – на некоторое время ее назначили эхо-фразой к вопросу «кто». Немного ранее физиономия ныряльщика Кусто, выглядывающая из каждого утюга страны, вознесла его имя на знамена эхо-реплик – на вопрос «кто» приличный человек должен был непременно огрызнуться: Жак Ив Кусто. Наконец, во времена кэмеронные в моду вошла фразеореплика Торук-Макто – это «всадник последней тени», если кто не знает. Впрочем, если вы придерживаетесь традиционных взглядов, кони в пальто не возбраняются. Главное же что? Главное – понимание!

Текст: Викулова Лиана
Иллюстрация: Катя Кай

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите левый Ctrl+Enter.

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ