Levickij_Lvov_1789Нам кажется, будто история обязана помнить все. Особенно если это история относительно недавняя, а объект воспоминаний при жизни слыл настоящим гением. Мы легко вспомним русского поэта Гавриила Романовича Державина, но кем был Николай Александрович Львов, скажут отнюдь не многие. А ведь они не просто жили в одно и то же время, но были близкими друзьями! О талантах Львова говорили все, кто его знал – они проявлялись в литературе, музыке, истории, архитектуре, геологии… Забегая далеко вперед — это был один из самых крупнейших зодчих России того времени. Так откуда же эта пелена забвения?

«Русский Леонардо»

Практически все статьи о Николае Львове начинаются одинаково – его сравнивают с Леонардо да Винчи. Иногда это выносится в заголовок, иногда с разной степенью тонкости шифруется в тексте, но результат всегда один. «Русский Леонардо», или, на худой конец «русский Ломоносов»… то есть, просто Ломоносов, конечно. В том смысле, что фигура, сопоставимая по яркости таланта с величайшими гениями разнообразия. Это, в общем-то, и не удивительно, ведь Львов почитал Ломоносова как кумира и во всем старался ориентироваться на него. И даже если след в истории от Львова остался меньший, чем от Ломоносова, стоит признать – попытка была более чем достойной.

Николай Александрович Львов родился в 1753 году, в семье тверского помещика Александра Петровича Львова. Род их был старинный, но весьма небогатый, и для образования сына Александр Петрович не сделал практически ничего.

По словам лично знавшего Николая Львова биографа, до восемнадцати лет тот оставался «захолустным дворянским недорослем» без образования, не умеющим писать по-русски и лишь немного «лепечущим по-французски».

Но после совершеннолетия «дворянский недоросль» рванул с места в карьер, переехав в Петербург и занявшись самообразованием настолько страстно, что искры летели. Вступив в гвардию, Львов не заинтересовался военным мастерством, но использовал открывшиеся возможности, чтобы обучаться в полковой школе. Он не только жадно глотал знания, особенно налегая на иностранные языки и искусствоведение, но и нашел себе верных, талантливых и влиятельных друзей. К ним относились: драматург Василий Васильевич Капнист, баснописец Иван Иванович Хемницер, художник Дмитрий Григорьевич Левицкий и наконец, Гавриил Романович Державин. Возможно, кроме Державина, имена покажутся вам незнакомы, но все они были выдающимися творцами своего времени. Левицкий, к примеру – признанный мастер портрета, академик Императорской Академии художеств. Хемницер – самый знаменитый российский баснописец до появления Крылова. Если в отдельно взятых талантах Николая Львова обгоняли многие его современники, то по части поиска друзей ему поистине не было равных.

Гений на все руки

За какие же заслуги Львова через двести лет после смерти называют «русским Леонардо»? Стоит заметить, что разностороннее образование, включающее в себя поэзию, живопись и иностранные языки входило в программу фактически всех дворян того времени. Другой вопрос в том, многие ли воспользовались им так, как это сделал Львов? Он писал стихи и басни, сочинил либретто трех комических опер и собирал народные песни. Будучи рьяным поклонником стиля великого итальянского архитектора Андреа Палладио, Львов осуществил блестящий перевод первого тома из сборника «Четыре книги об архитектуре» и опубликовал его.

Архитектура вообще была однозначно любимой профессией Львова – за свою жизнь он спроектировал и возвел около 90 сооружений!

Среди них – здание Почтового стана и ворота Александро-Невской лавры в Санкт-Петербурге, здание Московского архитектурного института, Борисоглебский собор в Торжке и собор святого Иосифа в Могилеве, усадебные комплексы…

AN-Lavra_1

Параллельно Львов занимался наукой, из которой лучше всего ему давалась геология, разрабатывал и совершенствовал способы обработки материалов и строительства. Он активно продвигал использование русского земляного (т.е. каменного) угля вместо дорогостоящей древесины. Львов обожал дешевые и долговечные вещи, которыми можно заменять ценные аналоги. Например, в какой-то момент он изобрел технологию «каменного картона» – папье-маше с добавлением мела или цемента, предназначенного для создания украшений, барельефов и небольших статуй.

Любимым же его материалом являлся обычный грунт, обработанный по особой «землебитной» технологии. Метод укрепления земли таким образом, чтобы из нее можно было возводить дома, был известен еще в древнем Риме, но Львов отшлифовал его до сияющего блеска.

Землебит оставался мечтой «русского Леонардо» до самой смерти, он желал не просто строить из него дома, но обучить всех крестьян России новой технике. Если бы землебитные постройки вытеснили деревянные, можно было бы раз и навсегда забыть про пожары, пожирающие зачастую целые села.

Что может быть дешевле и безопасней грунта?! Для тех же, кто критиковал землебит как «ненадежный материал, боявшийся сырости», Львов представил великолепный Приоратский дворец, построенный по заказу Павла I на месте бывшего болота и на берегу Черного озера. Само наименование Приорат – это трансформировавшееся в русском языке слово «приорство» (фр. prieure): так в Западной Европе издавна называли небольшие монастыри и монастырские землевладения.

The Priorat Palace. Photograph of 1910

(Название – «Приоратский», восходит к древнему рыцарскому чину приора. Во времена Павла I в России нашли пристанище дворяне-эмигранты, бежавшие из Франции от гонений и преследований. Их главой был принц Конде, к которому с визитом ездил Павел с супругой, а Конде был приором этого Мальтийского ордена. В 1797 г. в Российской империи учредили Великое Приорство, а императору пожаловали чин великого гроссмейстера.)

По указу государя Павла I открылась архитектурная школа землебитного строения, где за шесть лет Львов обучил более восьмисот присланных из разных губерний крестьян, проявив недюжинный талант преподавателя. Казалось бы, вот он, человек, способный действительно продвинуть страну в новую эпоху – с высококачественным отечественным углем и при этом полностью лишенную пожаров… но такой мечте не суждено было сбыться.

От потери к потере

Землебит не прижился. После смерти императора Павла I в 1801 году попытки Львова «продать» новую технологию Александру I не увенчались успехом. Вскоре школа для крестьян была закрыта, а метод строительства официально признан неэффективным.

С углем вышло не лучше – из-за предубеждения, что отечественное не может быть качественнее заграничного, каменный уголь Львова не находил спроса. Поговаривали, что он и вовсе не горит – по крайней мере, до тех пор, пока не вспыхнули 55 тысяч пудов угля, привезенные Львовом в Петербург и временно сваленные на берегу Невы. Возгорание не могли потушить несколько недель, но популярности отечественному товару инцидент отчего-то не добавил.

Состояние здоровья главного зодчего страны вновь пошатнулось.

Впервые Н.А. Львов серьезно заболел в 1786 г. в 33 г. после успешной борьбы за начало поисков русского угля на Валдае. После серьезной размолвки в 1794 г. с влиятельным чиновником Коллегии иностранных дел А.И. Морковым — ставленником фаворита императрицы П.А. Зубова и успешной защиты своей чести и достоинства у П.А. Зубова, Н.А. Львов пережил очередное нервное потрясение. В том году, скорее всего совсем не случайно, он сломал руку и очень долго не мог писать и профессионально рисовать и чертить, кроме того 6 месяцев длилось болезнь его глаз (и тогда же болела горячкой, страдала от послеродового нервно-психического расстройства его жена); за один тот год он состарился на 10 лет и в свои 41 год выглядел человеком на шестом десятке лет. В 1798 г. снова вернулась серьезная болезнь глаз.

В начале 1800-х гг. на Н.А. Львова было заведено дело о якобы чрезмерных расходах на землебитные постройки, а также начали дело по закрытию якобы мало полезной Школы землебитного строительства, где Н.А. Львов был Директором. Он тяжело заболел. В 1800 г. он тяжело болел — 9 месяцев, едва не умер, а потом еще совсем слабым в начале 1801 г. ему пришлось ехать в Петербург объясняться о затратах и делах; он смог доказать свою правоту, но это ему дорого стоило. Здоровье Н.А. Львова еще более пошатнулось. В 1801 г. лучший врач России того времени лейб-медик И.С. Рожерсон считал, что «Николаю А… надобно советовать идти в отставку, … и другого к исправлению его здоровья он не находит». Н.А. Львову было только 48 лет. Он, не смотря на серьезные недомогания, много работал, спешил реализовать его планы. Н.А. Львов был в творческом азарте и не хотел, не мог, не мыслил оставить его дела в жанре желаний, стремился успеть их реализовать при его жизни для блага России. Он несомненно догадывался, что жить ему осталось не долго. Горечь от незаслуженных обид, оскорблений собиралась в его душе, подтачивала остатки его здоровья.

Во всех своих мыслях и поступках Н.А. Львов был патриотом своей Родины. Он был глубоко убежден, что только сами россияне своим умом, знаниями, разумным учетом зарубежного опыта могут улучшить свою жизнь, обеспечить процветание России. Он абсолютно не допускал безумного копирования и без корректив переноса в русскую практику зарубежных приемов в любом деле. Об этом он постоянно писал в своих работах.

При жизни Н.А. Львов был признан современниками, его высоко ценили правители России. За недолгое время он прошел путь от чиновника VIII класса до Действительного Тайного Советника (штатский генеральский чин). Стал действительным членом Российской Академии, Почетным членом Академии Художеств, членом Вольного экономического общества, Главным директором угольных приисков, Главным начальником земляного битого строения в Экспедиции государственного хозяйства, Директором Школы землябитного строительства. Но за творческие победы он заплатил краткостью своей земной жизни: всего 50 лет, — сказались постоянное нервное напряжение, обиды от клеветников, чиновников и дворян, которых раздражало его чрезмерная энергия и искреннее желание помочь отчизне, депрессии, обострившиеся с годами болезни, поиск доходов для содержания семьи из 7 человек.

К тому же раньше Львов всегда полагался на защиту своих могущественных покровителей – Александра Андреевича Безбородко, фаворита Екатерины II, затем самого государя Павла I… Но после их смерти он не смог вытерпеть груза неудач и после долгой болезни в 1803 году скончался. Вскоре за ним последовала его жена Мария. Воспитание пятерых детей Львова взял на себя Державин.

***

Почему-то с годами, десятилетиями, веками не мало из того, что Н.А. Львов изобрел, сделал было забыто или приписано другим.

Забыв, не зная или не желая упоминать о работах Н.А. Львова, происходили «открытия» уже предложенных инноваций. Идеи Н.А. Львова в области отопительно-вентиляционных устройств восприняли Мейснер, Н. Амосов и другие. Воздушное отопление вошло в историю под названием «Амосовская система отопления» (в честь Н. Амосова). А землебитное строительство стало вновь внедрять в южных губерниях России во второй половине Х I Х в. уже Изнаром.

Вопрос памяти

Так почему же история практически забыла столь безусловно яркую личность? Кто как не Николай Александрович Львов достоин занесения в учебники и официальных упоминаний на торжественных мероприятиях? Если внимательно рассмотреть этот вопрос, выясняется, что русскому уникуму середины-конца XVIII века попросту крупно не повезло.

Сначала – смерть покровителей и активные действия неприятелей для разрушения любых долгосрочных проектов. При советской власти – крайне негативное отношение к роду Львовых в целом, т.к. те всегда выступали за сохранение самодержавия. Родной племянник Николая Львова написал музыку к гимну «Боже, Царя храни» – и эти же слова являлись девизом их фамильного герба. Лишь с середины XX века имя Львова начинает попадать в энциклопедии, где-то в качестве литератора, где-то в качестве архитектора… Но нигде – как все вместе.

Меж тем, Приоратский дворец, возведенный два с лишним века назад по «ненадежной» землебитной технологии, стоит до сих пор. Без единой реконструкции ее земляных стен, он выдержал не только любую непогоду, но и немецкую бомбежку во время Великой Отечественной. Земля помнит, кто обработал ее с безграничной любовью и превратил в надежный дом – гораздо лучше, чем переменчивые исторические книги.

priorat-min

Достижения и заслуги Н.А. Львова

— он был одним из самых крупных отечественных зодчих.

— внес выдающийся вклад в архитектуру и градостроительство России, явился одним из основоположником пейзажного стиля в садово-парковом искусстве, стал по сути первым ландшафтным архитектором в стране (сохраняется понятие «львовский сад»).

— является основателем отечественной топливной, прежде всего — угольной промышленности. Он нашел в России на Валдайской возвышенности, вблизи г. Боровичи каменный уголь и доказал его высокую теплотворность, возможность получать из него кокс, а также серу. Он нашел в окрестностях Петербурга и Москвы залежи торфа и обосновал целесообразность его использования как калорийного топлива.

— внес вклад в развитие отечественных химической и военной промышленностей, а также в корабельное дело. Также он внес вклад в создание новых строительных материалов: создал толь и землебитные блоки и кирпичи. Изобрел способ возведения зданий из утрамбованной земли, укрепленной известковым раствором (землебитное строительство). Добился создания Школы землебитного строительства (в его усадьбе Никольское-Черенчицы).

— разработал ряд новаторских инженерно-строительных решений: принципиально усовершенствовал систему отопления и вентиляции жилых и общественных зданий. Первым в мире создал бумагоделательную машину с паровым приводом, и впервые в России сам сконструировал отечественную бумагоделательную машину.

— одним из первых в России стал переводить и пропагандировать сонеты Петрарки.

— нашел 2 старинные летописи и добился их издания, одна из них в его честь названа «Львовская летопись».

— внес исключительный вклад в развитие русской музыкальной фольклористики. Он первым в России собрал 200 народных песен и составил первое в стране нотное собрание русских песен, написал первый русский трактат о народной песне. Первым или одним из первых в России выдвинул проблему народности в русском искусстве и русской культуре, связал ее с проблемой национальности.

— стал автором первой в России тематической литературной программы для симфонической музыки. Написал несколько комических опер, поставил их или участвовал в их постановке. Одним из первых в России создал художественную зарисовку жизни русских крестьян, в частности крестьян — ямщиков в комической опере. Стал одним из 2-х инициаторов создания первой в России хоровой оперы. Н.А. Львов первым в музыкальной науке, первым в русской музыкальной литературе указал на многоголосие русского народного хорового пения.

Автор: Максим Филаретов

Читайте также:

ДАША СЕВАСТОПОЛЬСКАЯ — ОТВАЖНАЯ СИРОТКА, ВОШЕДШАЯ В ИСТОРИЮ РОССИИ

ФЕЛИКС ЮСУПОВ — ПОРОЧНЫЙ АРИСТОКРАТ, УБИЙЦА ИЛИ ПАТРИОТ РОССИИ?

МЕЦЕНАТЫ РОССИИ — КТО ВЫ? 5 НЕЗАСЛУЖЕННО ЗАБЫТЫХ МЕЦЕНАТОВ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите левый Ctrl+Enter.

ПОДЕЛИТЬСЯ
Андрей Русский
«Сделать мир чуточку добрее, просто так, без фальши и грязи...»

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ