У поэта-фронтовика Николая Доризо есть строки:

«Да! Делили мы корки последние. Да! Рвались под ногами снаряды. Но при этом писались комедии даже в дни ленинградской блокады. И в Берлине, охваченном пламенем, на простреленном нами рейхстаге, рядом с нашим отеческим знаменем русский юмор раскрыл свои флаги».

Говорят, мир уцелел, потому что смеялся. Средь ужасов войны шутка, смех были спасительной разрядкой для живой человеческой солдатской души. И не случайно в воспоминаниях ветеранов часто приводятся тому примеры.

Шутка рядового Никулина

Великий наш артист цирка и кино Юрий Никулин был, как известно, фронтовиком, зенитчиком, воевал на Ленинградском и Прибалтийском фронтах, перенес блокаду. По отзывам его однополчан, которых только у нас в республике отыскалось шесть человек и которых я пригласил на передачу, талант у него уже тогда прорезывался. У товарищей он снискал славу «артиста», в часы отдыха развлекая их шутками, анекдотами, собственного сочинения сценками, куплетами и солеными частушками для солдатской самодеятельности. Пудожанин Анатолий Рогов, несмотря на то что ему уже за 80, многое из фронтового творчества своего боевого товарища до сих пор помнит наизусть. Когда готовили мы с ним передачу, рассказывал он такой случай.

Шли бои в Эстонии, взяли наши войска город Тарту и в нем большие склады и спиртзавод. Кому что в трофеи досталось, а Юре Никулину — котелок спирта. И выменял он на него у кого-то из солдат полную немецкую офицерскую форму — для своего «театра». А был у них в зенитном дивизионе повар. Очень любил девчатам про свои подвиги рассказывать, а в боевой обстановке — трус невероятный. Случится бомбежка или обстрел — два часа потом найти не могут. И решил Никулин подстроить ему такую каверзу. Оделся немцем и выскочил из-за кустов на полевую кухню: «Хенде хох!» Повар со страху руки задрал, а в руке-то черпак с горячими щами, они и вылились ему на голову… Никулин как захохочет, а повар — бежать! В штаб в панике прибегает, кричит: «Немцы!» Послали дозор разведать обстановку, а у кухни наш «артист» сидит и щи уплетает…

***

«За поднятие боевого духа»

История рассказана моим отцом, участником ВОВ (к сожалению, не дожившего до наших дней).

Было это в 1945 году. Великая Отечественная шла к концу. Наши войска уже продвигались по Западной Европе. У дороги показался указатель с надписью «Веrlin 100 km». И что-то в этой надписи было как-то совсем не по-нашему. То ли строгий готический шрифт, то ли надпись на языке уже по сути поверженного врага, то ли высокомерная аккуратность у пыльной дороги. Всё это не хотела принимать душа советского солдата. Нашёлся среди них шутник, который исправил ситуацию, дописал внизу: «Х.. ня — дойдём!». И сразу стало веселее!

Проходят мимо указателя измученнные сражениями, всеми тяготами и лишениями бойцы и их усталый угрюмый вид сменяется улыбками, неизвестно откуда беруться силы бодрее идти вперёд.

В это время по дороге проезжал кто-то из высокого начальства и поинтересовался причиной внезапного веселья. Прямым текстом содержимое надписи доложить никто не решился, пришлось самомоу ехать почитать «первоисточник».

Прочитав текст надписи, немедленно потребовал вызвать шутника к себе.
Делать нечего, пришлось нашему герою сознаться в содеяном, не смотря на серьёзный вид высокого чина с большими звёздами на погонах. Не перекладывать же свою вину на боевых товарищей! Уже был готов понести суровое наказание по законам военного времени, как неожиданно для всех был представлен к награде с формулировкой «За поднятие боевого духа».

Вот такой счастливый конец у этой истории того сурового времени. Вечная память всем, кто сражался за нашу Родину!

***

Нервы новобранца

Наша рота была готова к атаке, и бывалый сержант заметил, что у одного новобранца нервы явно сдали. Он был бледен, зубы стучали, а коленки выделывали совсем непонятные фигуры.

— Сердюков, — сержант употребил несколько «вдохновляющих» выражений, — это ты трясешься или твоя подлая шкура?
— Нет, нет, сержант, это трясусь я, но не за себя, а за противника, который еще не знает, что я уже здесь!

***

Психическая атака

Во время Великой Отечественной войны были случаи русской психической атаки. Вот как о ней рассказывают очевидцы:

«Полк поднимался во весь рост. С одного фланга шел гармонист, играя или вологодские переборы «Под драку», или тверскую «Бузу». С другого фланга шел другой гармонист, играя уральскую «Мамочку». А по центру шли молоденькие красивые санитарки, помахивая платочками, и весь полк издавал при этом традиционное мычание или хорканье, какое обычно издают плясуны, когда дело движется к драке, для устрашения противника. После такой психической атаки немцев можно было брать в окопах голыми руками, они были на грани умственного помешательства.

***

Иван Павлович Середа

В августе 1941 года в районе Даугавпилса он готовил обед для красноармейцев. В это время он увидел немецкий танк, двигавшийся в сторону полевой кухни. Будучи вооружён только карабином и топором, Иван Середа укрылся за ней, а танк, подъехав к кухне, остановился и экипаж стал вылезать из него. В этот момент Иван Середа выскочил из-за кухни и бросился к танку. Экипаж немедленно укрылся в танке, а Иван Середа запрыгнул на броню. Когда танкисты открыли огонь из пулемёта, Иван Середа ударами топора согнул ствол пулемёта, а затем куском брезента закрыл смотровые щели танка. Далее он начал стучать обухом топора по броне, при этом отдавая приказы красноармейцам, которых рядом и не было, забрасывать танк гранатами. Экипаж танка сдался, а Иван Середа под прицелом карабина заставил их связать друг другу руки. Когда подоспели красноармейцы, они увидели танк и связанный экипаж.

***

Замочил из сортира

Мой дед служил в авиации…

На полевом аэродроме в отдалении стоял сортир…

Сидит там, значит, мой дед, делает свои дела… Дело было вечером…

В стенке сортира в досках были выбиты сучки.

Так вот заметил мой дед выходящих из леса трех немецких разведчиков… Ну и когда приблизились завалил их из пистолета… Получил орден красной звезды..

Немцы явно не ожидали, что из сортира по ним огонь откроют…

***

Неудача «Тигра»

Расказал эту историю наш водитель. Дед его во время Отечественной танкистом служил, механиком-водителем на доблестной «тридцать четверке» воевал. Машина эта в те времена была чудом техники, Гансы за ней охотились дабы разобрать и какое-нибудь «ноу-хау» спионерить.

Так вот по существу…

После крупного танкового сражения (уже не помню где) на поле боя среди гор покореженной техники застрял танк нашего героя. Застрял по пустяковой причине: срезало ему гусеницу, да и застрял он в грязи.

Экипаж гусеницу-то натянул, да выбраться не может, так как новая проблема — сели аккумуляторы и не заводится. Сидят, ждут подмогу, матерятся.

Как я уже говорил, очень немцам танк этот нужен был, даже отпуск внеочередной давали, кто его притащит в плен или как металлолом. А в отпуск кому же не хочется? Да еще когда вроде бы брошенный танк посреди поля стоит? В общем, на «Тигре» подкатили, буксир привязали, дернули…

Заводили машину с «толкача» когда-нибудь? Знакомо? Вот наши-то под шумок передачу-то и включили… Бензиновый движок «Тигра» для вида попробовал потягаться с советским дизелем, но тщетно (владельцы дизельных джипов поймут), да и башня нашего «34-го» все-таки вперед была повернута, пушкой прямо немцам в затылок.

В общем, съездили в отпуск… Наши.

***

Стрелять по немцам сараями

Во времена Второй Мировой войны на вооружении советской армии было очень много реактивных снарядов.
Самыми известными считались — М-13, их устанавливали на «Катюши». Позже появились М-20 и М-30, о них и поговорим.

Где-то к середине 1942 года на вооружение советской армии поступили М-20, боевая часть которых была в три с половиной раза мощнее, чем у М-13. Очень скоро на вооружение поставили и М-30 – в шесть раз мощнее, чем М-13.

М-20 с лёгкостью прикрутили к «Катюше», но из-за чуть больших размеров, эти реактивные снаряды приходилось запускать в один ряд, а не в два, как М-13. А вот под М-30 направляющие никак переделать не удавалось (стоит заметить, что их таки присобачили к Катюше, но только 44-ом году). По сему, для запуска М-30 поставили пусковые станки, с простенькой системой регулировки угла наклона…

На такой станок, прямо в заводской упаковочной таре, укладывали сначала четыре, а потом и восемь М-30. Залп производился при помощи обычной электрической сапёрной машинки, причём, как правило, в цепь включали несколько станков. Одновременность запуска обеспечивала сложение ударных импульсов, что многократно усиливало эффект, по сравнению с отдельными пусками.

И вот, из-за обычного и вполне понятного нежелания конечных пользователей читать документацию (если точнее, то мануалы просто расходились на самокрутки), на полях сражений частенько случалось следующее. Во время подготовки к запуску частенько забывали убрать распорки, удерживающие снаряд в деревянном ящике (заводской упаковке) при транспортировке. Если распорки не снимали, то вся эта *уета стартовала вместе с ящиком, а бывали случаи, что и вместе со станком!

Такая конструкция имела размеры примерно 1,5 на 2 метра, что и приводило к разговорам в рядах немцев о том, что русские совсем о*уели и стреляют по ним сараями!

Читайте также:

ЗАПАДНЫЕ ВОЕННЫЕ ЭКСПЕРТЫ: «ПРИДУМАТЬ ТАКОЕ МОГУТ ТОЛЬКО РУССКИЕ»

«РУССКИЕ НЕ СДАЮТСЯ» — ИСТОРИЯ КРЫЛАТОЙ ФРАЗЫ

СНОГСШИБАТЕЛЬНЫЙ КУРЬЕЗ НА БАЛЕТЕ «ЛЕБЕДИНОЕ ОЗЕРО»

Нашли ошибку? Выделите ее и нажмите левый Ctrl+Enter.

ОСТАВЬТЕ КОММЕНТАРИЙ